Вип-охотники из Тюмени оккупировали лес и расставили "мины-ловушки" на местных жителей. Части 1,2.3.4.5.(последняя)

Запретная зона | воскресенье, 14 февраля | 1747 / 33

Часть 1. Еж в сапоге

 

- По осени пошел я в согру посмотреть клюкву, - рассказал нам Андрей Владимирович Голубев, житель деревни Понизовка Нижнетавдинского района Тюменской области, - думаю, по пути еще чаги наберу. С километр где-то отошел от дереввни, раз, мне что-то в сапог воткнулось и между пальцами торчит. Остановился, сапог снял, а в нем железный "еж".
- Как он выглядел, этот "еж"?
- Три железных шипа сантиметров пять длиной сварены вместе крестом и заточены. Как его на землю не кинь, один шип все равно вверх торчать будет.
- А где он лежал, в траве?
- Да прямо на дороге. До согры - три километра по дороге. Мы всю жизнь туда за брусникой и клюквой ходим.
- А женщины тоже?
- Ну все, я же вам говорю. У меня матушка до последнего туда бегала, пока уж совсем не занемогла. Дети ходят, я сам ребенком еще там ягоды собирал. Другого ягодного места поблизости и нет.
- Вытащили "ежа" и что, вернулись в деревню?
- Вижу, удачно напоролся, пальцы целы.  Пойду, думаю, дальше. А кого, до болотины дошел, вода в сапог попала, нога мокрая, а холодно было, вот тогда не пошел, а побежал обратно.
- И где этот "еж" сейчас, сохранили его?
- Решил сначала - сохраню это чудо, у нас такого сроду раньше не было. А в деревне встретил Мальцева, смотри, говорю, что по дорогам "московские егеря" разбросали. Он как увидел, дай, говорит, я им, блядям, сейчас устрою.
Мальцев - это кто? Глава деревенской администрации?
- Не, Александр Анатольевич Мальцев - это владелец личного крестьянского хозяйства "Белодубино". Он по той дороге на покос ездит. А если, вдруг, колесо трактора проткнет, где он его ремонтировать будет? Это не у вас в городе, у нас тут шиномонтажек нет.
- Устроил он что-нибудь  "блядям"?
- Да кого, там такие люди! Но жаловаться - жаловался. Ему же тоже выживать надо.
- "Московские егеря" - это что за спецподразделение?
- Не знаю, выписали их откуда-то. Рассказывают о себе, будто бы в Москве кого-то охраняли. Мы их и прозвали московскими.
- Они вооружены?
- Еще как. Говорят, если мы, деревенские,  в их лесу появимся, валить будут нас из пулемета. Грозят штрафами, пытаются у нас ружьишки отобрать. Звери. Понавесили плакатов - "Запретная зона". Даже на столбе в деревне и то висит - "Запретная зона, въезд запрещен".
- Всем запрещен?
- Всем. И нам, деревенским, тоже запрещен. Вот этого я никак не пойму. Почему им - можно, их гостям-начальникам - можно, а мне, моей жене, моим детям - нельзя. Мы тут выросли, это наш лес. Если народ подымется, я народ поддержу.
- Скажите, а эти "ежи", они против людей или против машин?
- Сделаны против машин, конечно, чтоб любую покрышку продырявить. Но если человек наступит, ногу - насквозь.

 

 В следующих частях:

50 тысяч гектаров леса у деревень Михайловка, Понизовка, Александровка (в 10 км от знаменитой Ахманки) захватил тюменец Игорь Котович, соучредитель 32 коммерческих фирм.

Нижнетавдинское охотуправление отказывается согласовать захват.

На районных чиновников давят областные чиновники.

Депутаты областной Думы собираются утвердить документы по захвату "охотугодий".

Среди главных вип-охотников, облюбовавших владения Котовича, заместитель прокурора области - Власов Николай Васильевич и  заместитель председателя
Ленинского суда Тюмени - Антропов Вячеслав Рудольфович.

Жители деревни написали заявление в нижнетавдинскую районную  прокуратуру.  Факты летнего и зимнего  "минирования" всех дорог к лесу подтвердились.

С кем будут воевать районные прокуроры, со своим тюменским начальником?

И самое главное - стадо лосей, приходящих на весенний отел, окружают с помощью экскаватора многокилометровой траншеей, чтобы животные не смогли покинуть ВИП-точки стрельбы, оказавшись запертыми в "кармане". Глубина траншеи - 2 метра, ширина - 3 метра. Края отвесные. Препятствие для лосей - непреодолимое. Экскаватор сейчас работает без выходных. На создание ловушки для лосей кинуты огромные деньги.  Путь миграции лосей перегораживают самым варварским способом на потребу "статусных" охотников Тюмени.

Продолжение - через сутки.

 

 

Часть 2 Особо охраняемая зона

Около двух лет назад пошли в этих местах первые разговоры, что весь лес вокруг деревень Новоникольская, Михайловка,  Александровка, Понизовка откупил какой-то тюменец. Мужики стали задавать вопросы властям, правда это иль нет?
И в "сельсовете", так тут до сих пор называют сельскую администрацию, и "в районе", то есть в районном охотуправлении им отвечали: это слухи. Как, мол, можно купить лес вместе с деревнями и их жителями.
Но чего-то районные власти не договаривали. Скорее всего потому, что охотоведы и государственные егеря сами толком не знали, откуда ветер дует, и кто  на их лес щеки надувает.
Но охотники - это же следопыты. По номерам машин, которые зачастили в здешние урочища, по джипам, что стали наведываться в Администрацию Нижнетавдинского района,  аборигены быстро поняли, их лес интересует гостей из города не чистого воздуха ради: оформление бумаг на долгосрочную аренду огромной лесной территории площадью более 50 тысяч гектаров  под частные охотничьи угодья началось.
Заявку в областное управление и всю документацию для подготовки решения Тюменской областной Думы подала и готовит частная фирма "Юграстройинвест".
 Номинальным ее директором числится господин Виталий Неверов. Учредитель и хозяин фирмы - тюменец Игорь Котович.
Естественно, что мужики попросили объяснить, что за новая политика такая, что это такое - "частный лес"? Официальных разъяснений официальные власти никому не давали, потому как официально никто из местных мужиков этого ни разу за два года не потребовал. Похоже, мужики настолько привыкли, что за них все решают "в районе" или " в области", что даже схода местных граждан по поводу тревожных новостей не собрали.
А неофициально представители фирмы пояснили, что они берут лес в аренду, чтобы создать заготконтору для сбора дикоросов. "Будем принимать у вас грибы и ягоды по хорошей цене, создадим рабочие места, будете на машину за сезон зарабатывать",  - обещали фирмачи. Народ успокоился и размечтался.
Вскоре планы таинственной компании "Юграстройинвест" приобрели гораздо больший размах. Среди сельских охотников стала распространятся "проверенная информация", что в их лесу скоро появятся иностранцы. Фирма построит базу отдыха, ипподром и будет приглашать европейцев на сибирское сафари.

Мужики слушали россказни районных чиновников с недоверием, однако в глубине души надеялись, может и вправду  люди из Тюмени хорошее дело затеяли,  может погибающие деревеньки как то оживут, приободрятся,иностранцы, ведь, приедут, не чухарики-мухарики.
Ровно год назад на одну из красивых "полянок" в лесу начали завозить строительные материалы для первых гостевых "избушек". Народ ахнул - на 4 миллиона завезли.  Фирмачи и вправду оказались люди с деньгами.
Но с приходом весны "протаяли" первые признаки того, что аборигенов обманули, как папуасов.  За иностранные "бусинки" выторговали у них молчаливое согласие на присутствие в лесу городских пришельцев, а пришельцы достали винтовки из чехлов и выставили моторизированных часовых по периметру: теперь это все наше, "индейцы" голозадые!
С началом сезона охоты начались стычки между московскими егерями и местным населением. Идет деревенский житель с  ружьем. Ему: стоять! Вход с оружием запрещен!
Мужик начинает показывать охотничий билет, купленные в охотуправлении лицензии на отстрел дичи. Ему: ничего не знаем. У нас приказ никого не пускать. В следующий раз поймаем, ружье отберем.
Мужик летит с претензией в охотуправление, как так, вы скажите нам прямо, мы можем охотиться в своем лесу или не можем? Там ему отвечают, можете, потому что документы по частному угодью нами не подписаны, все ограничения - незаконны.
Странно, размышляет мужик, документы не подписаны, а во всех деревнях по всем дорогам появились огромные желтые плакаты, что охота на частной  территории запрещена.
Индейцы, на то и индейцы, чтобы скрытно передвигаться в стане "бледнолицых". Они же  там каждую тропочку с детства знают. Тут они и вычислили, что за иностранцы приезжают и какое они "сафари" себе устраивают.
Игорь Котович - в роли "губернатора" территории. Он - гостеприимный хозяин. Его главный почетный гость - заместитель прокурора области Николай Власов. Если Игорь Котович - это губернатор лесного "острова", то Николай Власов - царь и бог, на которого молится "губернатор".
В помощниках у "бога" - архангел Вячеслав Антропов, заместитель председателя Ленинского районного города Тюмени.
Приезжают гости в деревню Канаш и оставляют там свои джипы. Затем пересаживаются на войсковой вездеход армии НАТО, закупленный для взвода частных егерей, и отправляются в такие урочища, куда никакой российский уазик не проедет. Там славно и не по-детски охотятся. Убивают столько, сколько захотят. Кого убили и сколько лосей завалили - ни перед кем не отчитываются.
Мясо на вездеход и - обратно. Затем обычная программа с "особенностями национальной охоты".
Радостные и веселые "божества" в обнимку с "губернатором" сладко засыпают.
Все было бы совсем как в раю, если бы не индейцы, которые все видят и все слышат в своем лесу.
Кто дал приказ "заминировать" все подходы к лежбищу богов, не знаем. Крайним сделают, видимо, директора фирмы Виталия Неверова. Но этот исполнитель не всегда присутствовал на отстреле лосей. Его дело - варить мясо. А вот Игорь Котович - всегда. Это прежде всего зона его ответственности, чтобы рядом не было ни "индейцев", ни "следопытов",  сочувствующих краснорожим.
Одним словом, егеря начали обильно посыпать все лесные дороги стальными "ежами", чтобы у местных жителей не было возможности близко подъехать к месту охоты тюменских гостей. А пешком замучаешься мох глотать, пытаясь догнать натовский вездеход.
У военного вездехода - железные гусеницы. Он "ежей" не боится.

 

Часть 3. "Взрывы" на дороге

- Сам я, может, и не стал бы в прокуратуру обращаться, - рассказал мне свою историю Валерий Николаевич Соломаха, - но сын мой, Николай, тогда сильно вспылил. Ну, представляешь, подъезжаем к Михайловке, родной своей деревне, вдруг - бам, взорвалось что-то, машина - в снег. Что такое? Выходим, в колесе отверстие, как шпилем кто ударил. И тут нам звонок из деревни, Валера, будь осторожен, на дороге стальные ежи расставлены. Я им отвечаю, Ребята, а я уже взорвался. Помогите перебортоваться.
- И что сделал ваш сын Николай?
- Все, говорит, они нас тут за кроликов держат. Если им по морде не врезать, задушат. И он все сам сделал, и в районную прокуратуру съездил, и заявление написал.
- Давно это было?
- Взорвался я во второй половине декабря. Значит, заявление он подал числа 20-23 декабря.
- Приняли его?
- Неохотно, но приняли.
- Проверка была?
- Поначалу - тишина. Новый год прошел, январь прошел - тихо. А числа 5-6 февраля - звонок из районной прокуратуры, звонила женщина прокурор. Вызываем, мол, приезжайте, привозите свидетелей. Назначила время, мы приехали, все, что написано в заявлении подтвердили.
- Понятно. Если фирму "Юграстройинвест" прокуратура признает виновной в дорожном "терроризме", будете возмещение ущерба требовать?
- Да на хуй они мне нужны со своим возмещением! Посмотрите, что они творят в лесу, они же противотанковый ров против лосей роют!
- Расскажите, что за ров, я не охотник, не понимаю, зачем в охотничьих угодьях - ров?
- Сначала мы подумали, что это какие-то мелиораторы болото осушают. Потом смотрим, е...твою мать, они же миграционный путь лосей перекрывают. Идут вдоль старого екатерининского тракт и экскаватором роют траншею около трех метров шириной и около трех метров глубиной. Именно здесь тропа у лосей. Пойдут животные  на маточный отел, их по перешейку запустят, а потом перешеек перекроют, и все лоси - в западне, из этих угодий им не выбраться.
- Ров - не перейти?
- У него же отвесные стены. Если кабан или лось в него попадет, все, погибнет. Его и стрелять не надо, гони на ров, как упадет, подходи и бери.
- Что то я не пойму, а в чем прелесть такой охоты?
- Прелесть зимой. Не надо сопли морозить. Встанут на точки, лосей спугнут в их сторону, и бей с точки одного за другим.
- Ров - это незаконно?
- Да вы что, это же не частный двор, не скотина в стайке. Это - лес! Это против природы преступление. Помню, дорогу под Красным Яром газовики делали и тоже траншею довольно глубокую вырыли, стадо лосей собралось, голов двести. Так вертолет запрашивали, чтобы определить, где им проход сделать. Это при советской власти было, охотуправление областное и общество охотников целую операцию проводили по спасению животных.

А тут на потребу богатеньких такое устроили. Мы, мужики, выступаем против и будем что-то делать против этого безобразия. Мы, хотя и не ханты, но тоже коренные жители, и у нас должны быть права коренных жителей для борьбы против оккупантов всяких, будь то хоть нефтяники, хоть тюменские судьи с прокурорами и прочими котовичами.
- Сейчас, сегодня, экскаватор работает?
- Работает, он уже не меньше километра прокопал.
- Где точно?
- Вдоль дороги на Александровку.
- Это бывший "царский" тракт?
- Мы его Екатерининским называем.

 

Часть 4. "Клубная" охота

Есть охотники-промысловики, которые предпочитают охотиться в одиночку, в крайнем случае с одним помощником. Для них лучшая кампания - собаки. Они не охотятся, они в лесу работают, добывая свой охотничий "хлеб". Они берут зверя храбростью и опытом, даже если этот зверь - медведь. Таких в лесу уважают все, и люди, и звери.
И есть охотники "клубные". Для них охота - развлечение в кругу своих знакомых. Охотники они тоже страстные, но на курок нажимают не ради хлеба насущного.
В каждом охотничьем "клубе" состоит очень ограниченное количество человек. Буквально - пять, шесть. Охота - это все-таки не пикник на лужайке. Это оружие, дробь, пули. Люди должны быть проверены. И все же  охота в "клубе" - это проведение досуга, это костер, водочка, разговоры. И люди в "клубе" должны быть проверены вдвойне, чтобы разговоры эти не выстрелили потом, когда все разьедутся по домам.
Попасть в "клуб" и стать в нем своим - это обрести верных и надежных друзей на всю жизнь. Некоторые люди охотятся в одной кампании с юности до гробовой доски.
Мы знаем, что и у Сергея Собянина есть такой клуб. Знаем, что один из тюменцев спас ему жизнь на охоте. Но никто из членов этого клуба не хочет рассказывать об этом случае. Дело не в скромности тюменца. Все, что происходит на охоте - тайна даже для жен и родственников охотников. Положено держать язык за зубами, и они - держат. Неписанный закон.
Однажды в тесном клубном кругу начальник областной милиции пообещал "выебать этого татарина". Он имел ввиду прокурора области. И все, нет уже в Тюмени того "ебаря". Уже другой начальник ГУВД. И прокурор области другой. "Татарин" пошел на повышение, а мент-генерал - в тартарары.
Кто сдал генерала? Никто не признается, но генеральский охотничий клуб распался и перестал существовать.
Как "учреждаются" наиболее влиятельные клубы?
Одна из самых распространенных в провинции форм создания клуба - сбор первых лиц района или городка на выездную "коллегию". Выезжают глава администрации, председатель местной думы, главный милиционер, председатель суда, прокурор и пара самых крупных предпринимателя, которые кормятся из бюджета. На "коллегию" приглашают одного из новичков, кто еще ни разу не был на охоте в кругу избранных. И присматриваются к нему, пытаясь опознать - свой или не свой.
Однажды в Заводоуковске на такую таежную "вечеринку" пригласили молодого предпринимателя Андрея Фокина. Он возглавлял быстро развивающееся тепличное хозяйство по голландской технологии "РИТЗА". Фокин отказался от приглашения, я, говорит, не охотник, мне не интересно. Глава района и председатель суда пробовали объяснить, что отказываться нельзя. Нет, не поеду. И не поехал.
Последствия мы наблюдали воочию. Фокин стал личным врагом председателя районного суда, прокурора района, начальника УВД Заводоуковского района, Главы района Иконникова, районной налоговой инспекции и даже гаишников района, которыми командовал Смолин, прославившийся позднее торговлей придорожными кирпичными постами ГАИ. Короче, обложили Андрея Фокина, как раненного лося.
Фокин начал жаловаться в областные органы государственной власти. Так он стал врагом еще и областного судебного департамента, областной коллегии судей, тогдашнего председателя  областного суда Беляева.
Ужас, как он это все пережил - удивляюсь. Голодовки не устраивал, но демонстративно отказался жить в одном доме с председателем районного суда. Полгода прожил с семьей в гостинице, а потом переехал в другой дом.
Что в итоге. Главу района - сняли, прокурора - сменили, мента местного - выгнали. На своем посту остался только судья. Заводоуковский охотный клуб первых лиц распался. Разумеется, не Андрей Фокин разогнал выездную коллегию власти. Но когда он, загнанный и оплеванный, уперся  рогом в их бок, они дрогнули. А тут и другие "рогатые" подоспели.

Что из себя представляет клуб охотников Игоря Котовича?

Часть 5. Второй номер


Фамилия Котовича всплыла в тюменской общественной проруби в начале этого десятилетия, примерно через год после избрания губернатором области Сергея Собянина. Игорь тогда был  молодым худым чернявым и симпатичным парнем. Вместе с другими,  всплывшими неизвестно откуда, он замутил какое-то "движение" под названием "Западная Сибирь". Тюменским аборигенам, которые утром 12 января 2000 года обнаружили, что губернатор у них теперь не Леонид Рокецкий, а Сергей Собянин, казалось, что вся эта симпатичная худая чернявая молодежь - воспитанники, друзья, родственники и знакомые нового "хозяина" области.
Надо сказать, Игорь вел себя так уверенно и нагло, что в его близких отношениях с "Семенычем" мало кто сомневался. Местные политические людишки гадали, кто Игорек для Семеныча, по какой линии племянник. Или - друг семьи. Или - ? И тут все переходили на шепот. Теория нетрадиционной ориентации власти тогда еще только формировалась, и о ней  принято было говорить, как о страшной государственной тайне. "Вслух о главном" стали говорить намного позже.
Игорь Котович был амбициозен настолько, что вводил журналистов в ступор. Вы почему не пишете обо мне? - спрашивал он редактора, встретив его на улице. А почему мы должны о вас писать? - удивлялся редактор, который не помнил даже имени "чернявого". Ну как, - Игорь вставал в позу важного человека, - я скоро стану депутатом областной Думы. Редактор начинал понимать, что речь идет о выборах и что перед ним один из кандидатов. Заплатите, как другие кандидаты,  и мы будем публиковать ваши предвыборные материалы, - отвечал редактор. Игорь обижался. Ну, смотрите, - говорил он с интонацией легкой угрозы, - когда я стану депутатом, я вашей газете помогать не буду.
После такой встречи редактор долго чесал затылок и спрашивал всех в желтых и белых домах: а он правда будет депутатом? Ему отвечали: он просто ебнутый. Редактор успокаивался, но подозрение оставалось - а может, они в этих "домах" сами ничего не знают?
И вот наступали выборы. В списке избранных Игоря Котовича не было. Куда его задвинули и кто задвинул - оставалось непонятным. То ли избиратели, то ли те, кто голоса "считает".
Политическая амбициозность у него непременно сочеталась с громкими заявлениями в сфере бизнеса. Он мог полушутя, полусерьезно сказать, что через пару месяцев весь Дом печати в Тюмени будет его собственностью. Редактора начинали опять звонить в "дома". Им опять отвечали: он ебнутый.
Однако в сфере бизнеса у него все было не так провально. Может он и ебнутый, - чесали затылок  редактора, - однако, захватил в издательстве весь этаж и открыл турфирму "Заря" с огромным штатом.
Директором издательства тогда был - менеджер по фамилии  Котов. И как то хорошо у них все получалось у Котова и Котовича. То ли сходство фамилий помогало, то ли характеров. Была у издательства со стороны улицы Осипенко огромная асфальтированная площадка. Смотрим, бам, стала эта площадка платной автостоянкой бизнесмена Котовича. Затраты он понес - только сетку повесил по периметру, избушку сторожу поставил и будку для рыжей собаки на цепи. А деньги в карман собирал несколько лет подряд, пока "Овентал-групп" не построил на месте автостоянки бизнес-центр. Будете проезжать мимо, обратите внимание на это огромное синее здание рядом с зачуханным Домом печати. Вся площадка под ним "верой и правдой" кормила много лет двух кошкообразных - Котова и Котовича.
Сегодня Игорь Котович - учредитель 32 различных коммерческих фирм. "Юграстройинвест" - одна из них.
В политике о нем ничего не слышно. Как только Собянин уехал в Москву, Котович перестал делать громкие "политические" заявления. А движение "Западная Сибирь" задвинулась в такую жопу, что даже и концов не сыскать.  Поди никто уже и не помнит, что "концы"  вообще когда то из этой жопы выглядывали.
И вдруг мы видим, что Котович наладил с товарищем Власовым теснейшие дружеско-охотничьи отношения. Скрытно, без всяких заявлений. А это уже совсем другой коленкор. Заместитель прокурора тюменской области Николай Васильевич Власов - это вам не котик-маркотик. Это, как нам сообщили знающие люди, "чел реальный".
По нашей информации - прокурорская власть в Тюмени реально находится в руках Власова, а не прокурора области Владимирова.
Владимиров - новичок, год как пришел на область. У него и команды нет, и, главное, судей своих нет. Прокурор без "своих" судей - пустое кресло. Он не может нужное решение продавить или отменить.  А Власов - это Власов. Знакомый наш адвокат сказал, что к Власову - очередь из желающих порешать проблемы. А к Владимирову ходят только такие же новички, как и он сам. Кто не в теме, кто не допущен, у кого нет денег.
Так что Игорь Котович - точно не ебанутый. Он очень даже умный парень, если вошел в клуб прокурора Власова.
Если у него и осталась некоторая "ебанутость", то в отношении к людям за пределами клуба. К местным жителям, например, живущих на территории его охотничьих "угодий". Рассыпать стальные ежи по дорогам - это, сами понимаете, не от большого ума.

Закончим публикацию пока на этом. Что известно о законности выделения фирме Котовича участка леса площадью 50 тысяч гектаров в аренду под охотничьи угодья?
Формально - конкурс был, Котович конкурс выиграл. Но рыть траншеи и вырубать просеки он не имеет права до того,  пока не будет принято соответствующее решение депутатами Нижнетавдинской районной Думы. Такого решения они еще не приняли. А просеки рубятся, деревья валятся, траншея роется.
Районная Дума не может принять решение об охотничьем угодье, пока не получит согласие поселковых Дум, на территории которых организуется угодье. Такого согласия тоже пока нет.
Итак, самый законный и самый правильный способ решения возникшего конфликта - не давать депутатское согласие поселковых Дум.
Или подписать такие условия договора, которые будут однозначно выгодны деревенским мужикам.  Ну, и бабам, конечно. с детишками.
Все зависит от вас, мужики.  Может не совсем  все, но очень многое. Вы - главные. По закону - вы главные. А для прокурора Власова закон - превыше всего. А разве не так, государев слуга?
Кстати, 12 января сего года губернатор Владимир Якушев вручил господину Власову грамоту и поздравил с присвоением ему звания "Почетный работник правопорядка Тюменской области".
Губернатор сам лично приехал и вручил. Котович терся неподалеку, но на глаза губернатора не показывался. Котович - он в скрадке под вторым номером. Сначала добыча идет к первому номеру - Власову, а какую тот не успеет, ту Котович возьмет на прицел. И думаю - не промахнется.
Власов известен в миру, как отличный стрелок. Котович многому у него научится, много охотничьих премудростей познает.
И возможно, исполнит свою давнюю мечту - встанет на первый номер.

Конец.

 Ситуация остается под наблюдением.  Возможно,  пройдет время, и мы дополним текст новыми деталями.

 

 

---

---

---